Возможности активного расселения и его эффективность

Лучше всех приспособлены к расселению птицы. Трудно сказать, насколько действительно непреодо­лимы для них те или иные преграды. И все-таки от­носительное постоянство границ ареалов при широ­ко известных летных качествах многих мигрирую­щих птиц позволяет предположить, что даже у этих высокоразвитых животных физическим факторам от­водится весьма значительная роль. Иначе едва ли можно объяснить привязанность к «дому» многих перелетных птиц, возвращающихся к прежнему гнез­ду или в его ближайшие окрестности. Причем и на местах зимовок, и на пути пролета часто имеются все условия для гнездования. Серая ворона, напри­мер, вполне могла бы гнездиться в районах, заселен­ных черной вороной, куда она прилетает зимой (см. рис. на стр. 58). Однако такие случаи встречаются очень редко, главным образом на стыке ареалов. Не­которые среднеевропейские птицы (городская ласточка, черный аист, щурка и выпь) все же заселили южные места зимовок. Белые аисты вот уже более 30 лет пытаются гнездиться в Южной Африке, но до сих пор не образовали там устойчивой местной по­пуляции.

В большинстве случаев перелеты приводят лишь к некоторому, очень ограниченному расширению ареала. Так что первое впечатление далеко

не соот­ветствует действительности.

О физических возможностях птиц говорит уже од­но то, что в Европу нередко залетают американские птицы, даже мелкие певчие. А в США вдруг появля­ются европейские чижи, щеглы, юрки, зяблики и зе­ленушки. Правда, не всегда можно поручиться, что эти птицы не улетели из клеток. Тем не менее прео­доления преград отдельными животными еще недо­статочно для переселения вида. Поэтому, пожалуй, счастливой случайностью можно считать, что пред­ки дарвиновых вьюрков заселили когда-то Галапа­госские острова, а предки гавайских цветочниц ока­зались на Гавайях.

Впрочем, двум видам птиц удалось совершить пры­жок через океан и в наши времена. В 1937 году дроз­ды-рябинники во время сильной бури попали в Грен­ландию и обосновались там. Египетская цапля, широко распространенная в Африке и Азии, в 1930 году была встречена в Гвиане, где ее видели как-то еще в прошлом веке. Причем возможность завоза этой пти­цы наверняка исключалась. Кстати, в 1957 году на Тринидаде была добыта египетская цапля, годом раньше окольцованная в Испании. Сейчас египет­ская цапля широко распространена в Америке (она добралась даже до Кубы). Такое быстрое расселение этой цапли на Американском континенте неудиви­тельно, поскольку там нет конкурентов — птиц со сходным образом жизни. С 1948 года египетская цап­ля живет и в Австралии, где ее пытались акклимати­зировать еще в 1933 году. Так как эта попытка кон­чилась неудачей, то и в Австралию египетская цапля, по всей вероятности, попала самостоятельно.

Еще удивительнее темпы расширения ареала коль­чатой горлицы в юго-восточной и Центральной Ев­ропе. До сих пор нет удовлетворительного объясне­ния причин и скорости ее внезапного расселения. Сходные с современными климатические условия были и в прошлые времена, а каких-либо изменений в характере ландшафтов, которые могли бы спрово­цировать распространение этой птицы, не наблюда­лось. Так же внезапно и без видимой причины уве­личил свой ареал канареечный вьюрок. В 1800 году его совершенно не было в Центральной Европе, а в 1925 он встречался уже вплоть до Рижского залива.

У млекопитающих взрослые нередко изгоняют со своих участков подросшее потомство. Обычно это­му способствует система сложившихся в популяции общественных взаимоотношений. По этой причине, а может быть, в поисках пищи или партнера живот­ные часто перемещаются на значительные расстоя­ния. В последние годы лоси с востока проникли в ГДР,затем в ФРГ (Баварию) и Австрию.